Воздух прямо таки пропитался бурной смесью чужих эмоций и восторгов, от чего такому как Бай делалось ментально «жарковато» и неуютно. Эти суетливые новобранцы практически через одного выглядели хоть и взволнованными, но едва ли не счастливыми.
Вспоминая себя, Бай видел собственное начало учебного пути точно таким же как и сейчас — полная сдержанность, скрывавшая за стеной выдержки неудобство и волнение. Впрочем, став старше, зверолюд переносил текущую суету проще, чем в тот раз. Что-то уже было знакомым, а что-то повторялось и легко прогнозировалось.
Больше всего Бай, конечно же, не хотел ни с кем знакомиться, однако, то являлось одной из множества жизненных неизбежностей. Он не любил внимание к своей персоне, пусть и стойко переносил его, однако, находясь в социуме раз за разом был вынужден общаться с окружающими.
Немного опаздывая из-за того, что перевел дракона в стойло поближе к корпусу, Баю пришлось ускорить шаг. Его ящер от рождения обладал скверным характером в отрицательных чертах которого особое место занимала трусость. И пусть он выглядел грозно, а также мог отравить, являясь ртутным драконом, этот чешуйчатый не являлся самым смелым на свете нередко проявляя чрезмерную осторожность. В такую давку тащить его сюда было бы крайне неразумно ведь несмотря на то, что этот зверь с Баем уже не первый год, работа с ним велась все еще такая же активная, словно он недавно вылупившийся птенец. Да и в общем-то это не трусость, а природная осторожность.
Несмотря на неудовольствие от грядущего, Бай приготовился как надо: разузнал что, где и когда, надел чистую темную одежду, которая не сковывала движений, а также забинтовал руки свежими повязками и скрыл те тонкими кожаными перчатками. Так уж случилось, что после очередной тренировки со своим драконом, зверолюд обжег руки. Довольно частое в их паре явление, на которое пес злился очень редко. В этот раз, к счастью, пальцы почти не пострадали, от чего бинт покрывал только область ладони, тыльной ее стороны и запястья, поднимаясь немного повыше, чисто чтобы лучше держаться. Несмотря на высокий рост, хвост Баю приходилось держать приподнятым, чтобы длинная шерсть не касалась земли и не собирала мусор. Это зверолюд еще не видел, что все равно два репейника уже запутались в длинных волосах. Ничего, вычешет, а потом острижет покороче на время учебы, чтобы не мешалось. В прошлый раз он так делал и это оказалось хорошим решением.
«Кажется это то место» — приметив небольшую группку, пес решил какое-то время постоять в стороне и просто понаблюдать за ними. Судя по их активной возне, они действительно знакомы.
Не особо всматриваясь, Бай по большей части держал ребят в поле бокового зрения, делая вид, что не обращает на них внимания.
Вот подошли еще двое, которые выглядели как чья-то шутка по поводу игры на контрасте: высокий и огненно-рыжий, чье поведение Баю буквально кричало о развязном характере, а так оно и было, а также второй, беловолосый и низенький, хрупкий. Черт, да он выглядел ниже всех в группе, а так оно тоже было.
Первый, которого звали Араон, действительно любил женское внимание и нередко искал повод свалить на охоту за прекрасным полом. Что поделать, горячая кровь от отца-кочевника не давала молодому человеку покоя. По крайней мере так это он сам объяснял. Первый год учебы, рыжий просто мечтал свалить из ада в который угодил, а потом притерся к своему коллективу и прижился, передумав.
Шему — беловолосый и невысокий, которого тащили к остальным локтевым захватом за горло, кстати, часто подвергался нападкам и оскорблениям общества, однако, умело отбивался. За глаза, да и в глаза тоже, его часто называли «безродным», что вне коллектива стало чем-то вроде клички. Однако, несмотря на свой рост, полукровка смог доказать свою силу и проворность, т чего попал в отряд. Характером, правда, не очень вышел, но вполне можно понять. И несмотря на частую зловредность, Беляш, как его называл Араон, нередко бывал полезен.
— Убери от меня свою потную подмышку, идиот!
— Не ври, она еще чистая! Эй, вон, смотри, ребята уже заждались! — однако Шему почти ничего не видел так как задыхался уткнувшись лицом в бок своего мучителя — Чего вы все так рано пришли? И когда только произвол ранних птиц над ночными закончится, а? — вообще Араон и сам был «жаворонком», однако, при том часто прибегал впритык или вовсе опаздывал. Дисциплина не его конек.
— Никогда, просто смирись с неизбежным — Баас в отличии от Араона являлся пустынником и по матушке, и по отцу. Он не хотел покидать родных краев, однако, не смог ослушаться воли отца, который без причины велел оставить племя. И несмотря на отдаление от родины, Баас не изменял ни своим привычкам, ни интересам. Любил талисманы, верил в приметы, искал знаки, а также постоянно практиковал свои навыки, которые многие давно причисляли к шарлатанству.
Последним подтянулся любитель книг, дисциплины и тренировок Сай, которого нередко дразнили «профессором». Он даже не стал здороваться, а лишь смерив группу взглядом вздохнул и отвел глаза. Толкаются, шумят, ржут как кони... когда же серьезность проявится? Невыносимо порой, как малые дети!
Вывернувшись из рук рыжего, Шему демонстративно оправил одежду, а затем и белые волосы, которые были не очень длинными и едва касались плеч.
— Ну и? Кого мы еще ждем? — фыркнув, Шему придирчиво осмотрелся в поисках зверолюдов — О, вон он, смотри, у него наверняка блохи!
Шему был тем еще расистом и терпеть не мог кочевников, но хоть как-то смирившись с двумя из них, зверолюды не удостоились такой чести. Их он терпеть не мог еще больше.
[nick]Бай[/nick][status]паршивая овца[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/0018/e2/2e/287/627076.jpg[/icon][sign]В душе осталась кучка пепла
И плоть изношена дотла.
Но обстоят великолепно,
Мои плачевные дела.[/sign]