По началу это было забавным, но скоро словивший эйфорию от общения с новым другом Тэхоа начал наглеть. Вкупе с общей усталостью и ранее не самыми приятными выходками Тооли, это начинало раздражать Тонморта. Но мелкий наглец и не думал успокаиваться, цепляясь то за нервно покачивающийся хвост, то за лапы зверолюда-тигра, игнорируя предупреждающее рычание с его стороны.

— Агрх, тише уже, — выдохнул полосатый, вновь отпуская штурвал на пару секунд, чтобы схватить нахала за шкирку. Но ловкий наслиан был вновь на долю секунды впереди.

Ситуацию спас вовремя подошедший Раго и со всей хозяйской ловкостью приструнил мелкого, словно строгий отец сына.

— Порядок? – спросил крыс, когда Тэхоа наконец-то смирился, сообразив, что игры кончены.

— Пфф, в целом, да… — Тонморт провел лапой по морде, пытаясь прогнать напряжение и усталость. — Только нянька, как видишь, из меня так себе… Да и, немного уже сдаю.

Полосатый оценивающе глянул на Раго, прикидывая, насколько тот может быть сейчас бодрее его самого. Серого же резонно заинтересовал вопрос времени прибытия в порт назначения.

— До Инитоса еще дня четыре-пять, если ветер сохранится. Но, если твой белый друг подсобит — на денек-два быстрее или, — Тонморт, покосившись на Тооли, добавил, — намного дольше, если он перестарается.

Морской кот еще раз прокрутил в голове образ этого возможного ускорения их хода, но решил, если и пробовать что-то такое, то лучше бы на его свежую голову.

— Но лучше без рисков пока и, хорошо если ты сможешь ненадолго меня сменить.

Заметив легкую озадаченность в глазах друга он ту же добавил.

— Держать прямой курс — не самое сложное дело, — Тонморт приглашающим жестом указал на штурвал. — Если что, я рядом.

Убедившись, что Раго правильно чувствует штурвал и контролирует корабль, тигр наконец позволил себе расслабиться. Опустившись на настил и прислонившись к фальшборту, он прикрыл глаза и, с упоением слушая звуки бьющейся о борт воды, быстро погрузился в дрему.

Неизвестно, сколько прошло времени — может, пара минут, а может, добрый час. Тело расслабилось, морская качка убаюкивала, а ритмичные всплески волн о борт и скрип снастей служили полосатому лучшей колыбельной.

Но вскоре в этих звуках появилось что-то тревожное.

Ветер, который до этого был теплым и стабильным, стал более прохладным и рваным. В его порывах чувствовался шёпот надвигающейся перемены. Волны уже не ласково покачивали судно, а время от времени небрежно шлепались о корпус, будто проверяя его на прочность.

Тонморт не сразу открыл глаз. Сперва он лишь глубже вдохнул солёный воздух, уловив в нём грядущую смену погоды.

— Проклятье, гроза, — хмыкнул он про себя, потягиваясь и поднимаясь на ноги.

Раго, не отрываясь, смотрел в сторону горизонта. Тонморт проследил за его взглядом — и догадка подтвердилась. Там, где небо ещё недавно было чистым, теперь сгущались тёмные облака. Они медленно, но неумолимо расползались по небосводу, словно накрывая море тяжёлым саваном.

— Будет шторм, — кивнул капитан, развеивая последние сомнения у Раго.

Над водой уже вспыхивали молнии, сопровождаемые запоздалым грохотом грома. Их дрожащий свет на мгновение озарял кромку туч, после чего облака вновь чернели, наползая всё ближе.

— Похоже, пойдёт прямо на нас, — хмыкнул Тонморт, подавляя в себе инстинктивное желание сменить курс и уйти к суше.

Страх, одной бури в его прошлом, едва не сковал. Но всего несколько секунд оцепенения — и он взял себя в лапы. Трезво оценив ситуацию, проверив снасти и паруса, он, уже с куда более веселым настроем, предупредил спутников о дальнейших намереньях.

— Ничего не поделать — идём сквозь стихию, — сказал он и усмехнувшись добавил: — Так что, держитесь крепче.

Ветер набирал силу. Шторм приближался.

— Нет смысла сворачивать, накроет в любом случае, идём прежним курсом, — пророкотал Тонморт, с трудом перекрикивая ветер и спешно подбивая люки парусиной. — Будем бороться с волной и надеяться, что стихия пройдёт нас быстро.

Он подскочил к очередному шкоту, чтобы подтянуть его. Мокрые лапы скользили, а парус ощутимо сопротивлялся контролю под напором ветра. Тигр зарычал, пригибаясь от набегающей волны — та с ревом захлестнула полпалубы, сбила дыхание и оборвала попытку выставить нужный угол реи. Мех на загривке встал дыбом — от ярости и азарта.

Приструнив, наконец, снасть, он засмеялся в голос, впервые за долгое время. Широко, глухо, почти срываясь в рык. Стихия понемногу возвращала прежнего его. Это было не весело, но по-звериному азартно.

— Бери курс на волну, почти ровным углом! — крикнул он Раго, откашливаясь от воды. — Режь их! Не допускай, чтобы накатывали с траверза... С борта. Я подсоблю парусом!

Корабль чуть вывернул перед новым ударом и с грохотом перелетел очередную волну.

— Ха! Да! Вот так! — Вскочив на бушприт и с трудом удержавшись за штаг, Тонморт насладился тем, как новая волна отскочила от борта, как пена разлетелась над кораблём, и как судно стремительно помчало вниз, готовясь запрыгнуть на следующую водяную громаду. — Молодца, Раго! Так держать!

Тооли недовольно зарычал где-то на корме. Тонморт обернулся, следя, чтобы тот не полез самовольно спасать кого, а затем, опасаясь нового удара волны, отскочил обратно, укрывшись за баком от водяной стены. Когда удар миновал и снова можно было хоть что-то рассмотреть, он вновь взялся за снасти — уже по накатанной. Мех лип к телу, шрамы жгло солёной водой, всё тело ныло. Но в этом было что-то... Что-то уже родное, привычное...

Тонморт в какой-то момент даже запел — низко, на древнем диалекте варканского, протяжно и почти дико — будто взывая к морским духам или, наоборот, насмехаясь над ними. Волны отвечали. Стихия зверела, всё сильнее напирая на корабль в попытке сожрать его.

Озлоблённая стихия новым ударом волны сбила наглого тигра с ног. Тонморт покатился по доскам, стукнувшись плечом о борт. Зарычал. Но вскочил — готовый продолжать эту безумную борьбу.

— Ещё немного, и будет пик! — крикнул он Раго, пытаясь поправить очередную снасть. — Потом ветер спадёт! А может, и не спадёт! Но выбора у нас нет — продолжай в том же духе! Ха-ха!

Уже с явной одышкой и тенью усталости, но с тем же азартом он воодушевил «команду», подтягивая парус.

Небо рвалось на части. Ветер свистел прорезая такелаж и пытаясь свернуть его. Корабль страшно скрипел и "гулял" упрямо влезая в каждый гребень волны. Грохот стихии не стихал ни на миг, и на каждую победу над волной приходилась новая, более яростная атака...

Тонморт заметил это почти краем глаза — в тот самый миг, когда очередной порыв ветра вырвал закрепленный шкот с противоположного борта. Действовать нужно было быстро, но кинуть крепеж паруса со свой стороны он не мог, а тому же Раго не стоило отпускать руля. Мысли быстро зароились в голове в поиске решения, но дракон крыса оказался быстрее, интуитивно ухватившись за тряпку, которая я его взгляд явно не должна была так болтаться, он удержал её.
Тигр коротко, хищно ухмыльнулся.

— Вот так, — прорычал он сквозь ветер, не повышая голос, но вкладывая в слова всё одобрение. — Да, держите. Не отпускайте.

Как котята брошенные в бассейн, команда быстро приобретала опыт выживания в новой среде. Кое как держась и борясь за целостность корабля, они еще перевалились через несколько пиковых гребней после чего напор стихии заметно стал тише.

Это отметил и Раго, но Тонморт не сразу расслышал его слова — ветер всё ещё был сильным и в ушах стоял гул, но что-то в интонации крыса заставило его обернуться и прищуриться, оценивая происходящее уже не звериным азартом, а холодным, опытным взглядом.

Он выпрямился, отряхивая морду от воды, и несколько секунд просто смотрел на горизонт и небо. Волны ещё поднимались — тяжёлые, инерционные, но в них уже не было прежней злобы.

— Нет! Боюсь, еще не конец, — хрипло отозвался тигр и усмехнулся, обнажив клыки. — передышка, прежде чем нас выплюнет с другой стороны шторма.

Он прошёлся вдоль борта, придерживаясь за снасти, проверяя каждую на ощупь. Доски под лапами всё ещё ходили ходуном, но скрип теперь был другим — не паническим, а усталым. Судно держалось. Упрямо, тяжело, но держалось.

— Не отпускай штурвала, — бросил он Раго, повышая голос ровно настолько, чтобы тот услышал, без надрыва. — Если бросишь — в момент развернёт боком и, ну, я уже говорил, да.

Полосатый отдышался, снова отряхнулся и резко дёрнул один из канатов, фиксируя парус в новом положении. Мышцы отзывались болью, старые раны ныли, но все это заглушал азарт от живости происходящего.

— Хорошо сработали, — уже тише добавил тигр, больше для всей палубы, чем для кого-то конкретного. — Море не любит, когда его боятся... А мы очень даже достойно вошли... Да, я доволен.

Он снова посмотрел на небо. Разрывы в тучах становились шире, где-то в вышине мелькнул бледный свет — не молния, а просто разорванные облака.

— Что же, еще один рывок, поехали, — заключил Тонморт, вцепляясь в снасти с привычной уверенностью. — Если так же будем работать — отделаемся легким испугом. Если нет…

Тигр глубоко вдохнул солёный воздух, и, не став продолжать фразу, продолжил работу — уже не с безумным смехом, но с каким-то сосредоточенным спокойствием, которое приходит только после схватки, где ты выстоял на ногах и осознал, что победа в итоге будет за тобой.

Тонморт ловко перехватил штурвал по просьбе Раго, и сразу почувствовал всё возмущение и боль судна, не желающего послушно держать курс в этом Аду. Но против опыта и уверенности кота не пойдёшь. Как только руль оказался в лапах тигра, корабль ощутимо и с меньшим числом корректировок начал выдерживать курс, словно бы полосатый шепнул ему пару ласковых слов поддержки и тот, воодушевившись, так же набрался смелости, как и команда.
Волны вновь крепли, пытаясь сожрать маленький кораблик с парой безумцев на борту. Но те отчаянно сопротивлялись.
Тонморт, ощетинившись, всматривался вперед сквозь льющий поток соленой воды что бил в морду и пропитывал шерсть. Морщась от холода и раздражения, но стиснув зубы, он держал руль не позволяя себе отвлечься, но все же отвлекался. Наблюдая за безрассудством Крыса, он то и дело выкрикивал предостережения им, когда понимал, что очередной удар воды вот-вот может оставить его без команды. Но команда на удивление оказалась везучей и сообразительной. Да, затея с разбиванием волн вышла действенной, только прежде чем новый трюк был нормально освоен, тигр уже мысленно попрощался с Раго: огромный вал, в который влетел когг, резко встряхнул палубу, окатив её водой и чуть было не унес крыса вместе с драконом. По крайней мере, на мгновение, так показалось кэпу который до этого мига явно был недооценил их.
Судно взлетело. Палуба накренилась, вода хлынула по доскам. Тонморт ощутил, как шерсть на загривке встала дыбом, а сопротивление на руле ослабло. Он стиснул зубы, чувствуя, как корабль переваливается через пик, и в этот миг дракон Раго ударил хвостом по воздуху, разрывая волну. Корабль сорвался вниз, скользя по водяной стене. Доски застонали, снасти натянулись, но всё выдержало.

После этой гигантской волны следующие уже казались слабее, и это было верным признаком того, что они прошли испытание штормом. Да, расслабляться было рано, но уже крепла уверенность в том, что они благополучно выберутся.
Когда море ещё немного притихло и необходимость бить волну отпала, Тонморт, тяжело вздохнув и отряхивая мокрую шерсть, вновь попросил Раго стать у руля. Сам же он прошёлся по палубе, внимательно осматривая снасти и доски, прислушиваясь к жалобному скрипу дерева. Шторм стихал, но тигр знал — что корабль хоть и пережил бурю, но мог таить в себе скрытые повреждения.
К счастью, все оказалось в норме и это было очень радостно. Окинув взглядом "команду", зверолюд даже позволил себе редкую улыбку.
— Хорошо справились, безумцы. Не каждый бы так смог, хех.
Небо постепенно теряло свинцовую тяжесть, серые тучи расползались, пропуская робкие проблески света. Волны всё ещё оставались крупными, но теперь они не угрожали — лишь лениво перекатывались, словно усталые звери, потерявшие ярость. Морская гладь дышала ровнее, и когг уже не казался игрушкой в лапах стихии, а уверенно скользил по её плечам. Во всём этом наступившем спокойствии чувствовалась награда за пережитое.
Только теперь в полной мере почувствовалась усталость, заныли старые и приобретенные за время борьбы со стихией раны. С вылезшим солнцем по новому стали восприниматься холод и сырость.
Тонморт ещё раз оглядел палубу, убедился, что всё в порядке, и махнул лапой команде:
— Теперь можно всем отдыхать.
Сам же, мокрый и обессиленный, он отжал руками воду с хвоста, отряхнулся и вновь занял место у руля, сидя, подкинув себе под зад чудом не смытый за борт ящик.